Товарищество с Каулитцем

Два немца в Париже: во время совместной Arte-ночи Вольфганга Йоопа и Билла Каулитца показывают старый стиль и практичность. Младшего к ранней славе привели, по-видимому, способность воодушевляться самому и вдохновлять других: он ненавидит звукозаписывающие компании, интернет, в сущности все. И скалит зубы в рассеянной улыбке.

В центре Парижа, перед дверью собственного ателье, упершись одной ногой в землю, а другую грациозно согнув в колене и опершись ею о стену, лихо намотав шарф на шею, с мягко затемненными глазами, стоит Вольфганг Йооп. И уже одним своим изящным ожиданием показывает, что он задолго до Detlef D! Soost знал, как сделать имя и фигуру с восклицательным знаком.
Модельер родом из Потсдама ждет Билла Каулитца, 21-летнего солиста Tokio Hotel, а с некоторых пор также обладателя «Молодежной премии дистанционного обучения», которой он, несмотря на стрессы из-за туров и записи диска, был награжден за окончание заочного обучения средней ступени. Оба хотят устроить гулянку, которая им хорошо удастся: «Сквозь ночь с Вольфгангом Йоопом и Биллом Каулитцем» теперь прямо из французской столицы моды.
По старой привычке Йооп быстро надевает на нос солнцезащитные очки, когда Каулитц подъезжает в лимузине. Но все же он приходит в себя, трясет младшему руку, так что гремят украшенные металлическими штучками рукава жакета Каулитца, и приветствует его жизнерадостным «Ну, мы оба ГДР-овцы, а встретились в Париже?!» Так много открытости и непринужденности Каулитц совсем не ожидал, тем более что он родился как раз в год падения Берлинской стены. Но Йооп, 66-летний, независимый, хозяин абсолютно любой ситуации, просто братается с ним, делает Каулитцу комплименты в ателье и втягивает его в разговор о силуэтах и расцветках своей новой коллекции "Jardin du Portugal"("Сад Португалии"), «все сделал сам». Они расположены друг к другу, чтобы поболтать о вдохновении, Каулитц примеряет JOOP!- пиджак, Йооп признается, что спит в кровати со своими песиками, и представляет Каулитцу несколько сотрудников, а также «Сару, которая иногда может выглядеть такой пустой».
Потом оба деятеля искусства едут в музей, в котором Йооп, старый знаток света, безусловно признается культурным, они идут есть маленькие пустячки и говорят о звукозаписывающих компаниях (Каулитц ненавидит звукозаписывающие компании), интернете (Каулитц ненавидит интернет, «Это так плохо!») и их общей тяге к перфекционизму, с которым Йооп, однако, успешно боролся в течение многих лет, и который Каулитц тоже, ясное дело, в некотором смысле ненавидит, но все же по-юношески наивно служит ему. Его эгоцентризм понятен, в конце концов, он в подростковом возрасте вынужден был бороться с папарацци вместо того, чтобы бороться с юношескими прыщами. Если бы воображаемый каминг-аут произошел, до или после, это уже перетерли бы во всех юношеских глянцевых журналах.

Забавная история с гремящими рукавами
Практичность Йоопа, которая сформировалась не только под воздействием возраста, но также еще благодаря различным пережитым жизненным ситуациям, полностью отсутствует в музыканте, слишком рано брошенном в поп-аквариум с акулами в качестве приманки. При беседе это бросается в глаза: Каулитц, кажется, совсем не привык беседовать с другими интересными людьми, никогда не расспрашивает, когда Йооп кормит его своими историями знаменитого модного дизайнера – да-да, Грейс Джонс и я в Париже! – но в качестве комментария можно постоянно видеть только его рассеянные Каулитц-ухмылки. Несмотря на каждую возможную точку соприкосновения, любовь к особенной моде, возможное влияние детства в Восточной Германии, тягу к темным теням для век, перфекционизм и известность, в этот яркий, записанный камерами вечер, прежде всего четче проступили их различия.
Хотя Каулитц все-таки сыпал веселыми историями из своих гремящих рукавов сразу после того, как они оба спустились вниз с Эйфелевой башни: когда его брат-близнец и он в 6-летнем возрасте играли в кинофильме "Verrückt nach dir", его брат посчитал актрису, которая играла их мать, такой уродливой, что не долго думая заперся в туалете. Смешок. По-настоящему детская шутка.
Йооп, напротив, открывает в такси по дороге на шикарный маскарад свой громадный страх перед старением, «я с 20 лет привыкаю к другому изображению перед собой» сказал он, и что он считает ужасными свои новые фото, на которых даже его собственная улыбка выглядит маской. Каулитц знаком со складками и морщинами только на одежде, но уже имеет определенный опыт в тщеславии. Предложенное позднее шампанское Йооп мудро и/или предусмотрительно отвергает, Каулитц принимает его, они еще раскуривают общую сигарету и крепко обнимаются на прощание, чмокаются в щеки и выражают надежду на скорую встречу. Возможно, Каулитц, который попутно уже был манекенщиком Карла Лагерфельда, все же еще раз станет моделью – для JOOP!. Во всяком случае, в некоторые наряды из новой женской коллекции дизайнер уже предусмотрительно вшил пару подплечников.

Источник - www.spiegel.de/kultur/tv/0,1518,733256,00.html
Перевод Владислава_Вдовиченко специально для ОРФК TokioHotelRussia